Синтия Ким: «Поведение — это коммуникация»

Источник: Musings of an Aspie
Перевод: Про аутизм

girl-2099362_960_720

Поведение — это коммуникация. Эта фраза неспроста стала стандартной в сообществе аутизма. Потому что так и есть.

Ребенок выбегает из магазина, и специалисты заверяют расстроенных родителей, что поведение — это коммуникация.

Родители спрашивают, почему их недавно диагностированный ребенок начинает рыдать в ванной, и более опытные родители сочувственно кивают: «Поведение — это коммуникация».

Ребенок отказывается от любой еды кроме сырой морковки и блинчиков, но его эрготерапевт ничуть не удивлен. Поведение — это коммуникация.

Ребенок трясет руками на вертушку, которая остановилась, и специалисты… сдержанно сообщают, что ребенок оказался неспособен к коммуникации… он не осознает, что вокруг него взрослые, он «погрузился в свой собственный мир», неспособный поделиться радостью игры с другими.

Взрослый человек уходит прочь от исследователя аутизма, который говорит с ним как с маленьким ребенком, предпочитая заняться своими делами, и… трагическая музыка сопровождает мрачный взгляд ученого, предположительно, зритель должен понять, что взрослый аутист просто неспособен поддерживать нормальный разговор.

Что здесь происходит?

Почему одно поведение интерпретируется как коммуникация, а другое поведение — как неспособность к коммуникации, причем очень часто речь идет об одном и том же человеке?

Каким-то образом стандартная фраза, которая изначально была позитивным шагом к пониманию поведения аутистов даже при отсутствии устной речи, начала ассоциироваться с истериками, опасными самостимуляциями, побегами и другими явными признаками сильного стресса.

Почему это происходит? Неужели единственное, о чем может сообщать поведение аутистов — это стресс?

На тот случай, если ответ для вас не очевиден: нет, мы можем сообщать о целом спектре эмоций и состояний. Но, похоже, много подобной информации теряется при переводе.

Малыш, который трясет руками на вертушку? По мне так он говорит: «Здорово, еще!» Не его вина, что присутствующие в комнате специалисты не владеют аутичным как вторым языком.

За пределами очевидного

Истерики. Побеги. Укусы. Драка. Плач. Отказ есть определенные продукты. Это не единственные виды поведения аутистов, которые являются коммуникацией.

Стимминг (самостимулирующее поведение) — это коммуникация. Недостаточно считать по умолчанию, что «стимминг говорит о возможном стрессе или тревожности». Иногда стимминг действительно вызван тревогой или сенсорной перегрузкой. Но это еще не все.

Мои «стимы» — это язык сам по себе. У меня есть стим для каждого настроения, и хотя сами движения могут показаться похожими, за ними стоят определенно разные переживания. Когда я счастлива, я трясу руками иначе, чем когда мне что-то противно. Мое подпрыгивание от радости отличается от подпрыгивания от нервозности. Аутичное тело постоянно о чем-то сообщает, и эта коммуникация не сводится к сильному стрессу.

«Отсутствие коммуникации» — это коммуникация. Попытки аутистов взаимодействовать с окружающими часто игнорируются, поскольку они являются нетипичными.

Вы знали о том, что аутист может выражать свой интерес к чему-то с помощью длительного изучения, прежде чем непосредственно попробовать? Многим из нас важно понять, как работают все части предмета, и, аналогично, как человек реагирует на разные ситуации, прежде чем общение станет для нас комфортным. Повторение одного и того же вопроса, монологи или эхолалия часто воспринимаются как отсутствие реальной коммуникации, но все они означают, что аутист пытается нащупать путь для общения.

Контакт глазами (или его отсутствие) — это коммуникация. Однако это не та коммуникация, которая обычно подразумевается. Если я начинаю смотреть в сторону, когда вы со мной говорите, то это признак того, что я полностью сосредоточена на ваших словах. А если я то и дело намеренно смотрю вам в глаза? Я больше сосредоточена на том, чтобы «сойти за свою» и не выглядеть странно, чем на смысле вашей речи.

И это лишь один простой пример того, как нейротипичный «словарь» для интерпретации аутичного поведения приводит к постоянным недоразумениям. Осознание того, что поведение — это коммуникация, станет первым шагом в верном направлении. Однако недостаточно наблюдать за поведением аутистов и гадать о его смысле, ориентируясь на опыт, рассуждения и культурные нормы нейротипиков.

Настоящая коммуникация возможна только с помощью верного перевода аутичного поведения.

Для того, чтобы это произошло, аутистам (в том числе аутичным детям) нужно позволить сообщать самую разную информацию естественным для них образом. Когда ребенка заставляют смотреть в глаза и прекратить трясти руками, то это равнозначно попыткам заставить его говорить на чужом языке. Тем самым вы говорите ему, что если его поведение сообщает о чем-то помимо крайней формы стресса, то ему надо переходить на чужой язык, потому что его родной язык неполноценный, и окружающие выше того, чтобы его изучить.

Фраза «Поведение — это коммуникация» должна распространяться не только на отдельные виды поведения. В противном случае, это будут «тихие руки» вместо принятия.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s